Краст, Эталон Зануды, неблоггер. (i_crust) wrote,
Краст, Эталон Зануды, неблоггер.
i_crust

без комментариев - прямая речь

ПАРХОМЕНКО: 21 час и 8 минут в Москве. Это программа «Суть событий». Здравствуйте. Я – Сергей Пархоменко. Как обычно по пятницам, мы обсуждаем с вами события и происшествия недели – то, что важно, то, что запомнилось, то, над чем стоит размышлять, в общем. Как обычно, у нас с вами есть разные технические средства. 7 985 970 4545 – это смс-номер, на который можно отправить. Можно еще воспользоваться интернетом – www.echo.msk.ru, там прямо на лицевой странице нашего сайта есть большая кнопка, на которую можно кликнуть и отправить точно такое же сообщение прямо сюда, на экран передо мною.

...

И вот в этот раз я заговорю опять о ситуации не вполне политической, на первый взгляд, хотя, на самом деле, за ней очень много политики, и подоплека ее как раз сугубо политическая, не побоюсь этого слова, даже геополитическая. Я имею в виду ту ситуацию, которая сложилась вокруг этой самой девочки, Саши Зарубиной, о которой довольно много говорили на минувшей неделе. В последние пару-тройку дней этот сюжет сделался достоянием большой российской прессы, и где только о нем не было речи – и в телевидении, и в больших газетах, и на радио, везде-везде. Разумеется, в интернете это обсуждается очень интенсивно на протяжении вот уже почти двух недель. Видно, что есть сплоченная группа людей, которые с удовольствием и с успехом работают такими, я бы сказал, ручными, на коротких поводках пропагандистами при разного рода кремлевских структурах. Они активно за эту тему взялись, они ее очень интенсивно разрабатывают, и разрабатывают ее в очень простом и примитивном стиле – что, дескать, да, конечно, вот, враги России пытаются раздать детей российских, распихать их по миру, лишь бы лишить нашу замечательную родину будущего, что да, конечно, кто-то решил разрушить российскую семью для того, чтобы сделать приятное отвратительному Евросоюзу. На самом деле, с этой ситуацией все довольно понятно. Довольно много информации просочилось, так скажем, сюда к нам. Португалия – страна не самая передовая в Европе, но все-таки член Европейского Союза, поэтому в ней контроль за деятельностью правоохранительных органов и судебной власти поставлен довольно аккуратно, есть возможность за этим следить, все это делается гласно, документы эти публикуются, их можно найти. Вот я держу в руках просто опубликованное в интернете абсолютно легальным образом решение суда, о котором идет речь. Делом Саши Зарубиной занимался специальный суд. Есть такой в Португалии. Он не уголовный и не гражданский, а такой специальный суд по таким всяким семейным конфликтам и прочему. Причем он свой в каждом районе в Португалии. Ну вот в том конкретно маленьком городке, где разворачивались эти события, такого суда нет, потому что городок слишком маленький, но есть в соседнем. Вот, собственно, он и вынес это решение. И в постановлении этого суда записано 57 пунктов, которыми описана вся эта ситуация – очень жестко, точно, понятно, очень, я бы сказал, безжалостно. Все, что связано и с матерью этой девочки, Натальей Зарубиной, и с людьми, которые эту девочку приютили, и с нею самой, все эти документы теперь можно найти в интернете, вот я тоже держу их в руках. В общем, все абсолютно понятно. Канва заключается в том, что ребенок, который родился в Португалии от матери российской гражданки и встретившегося ей там украинским гражданином, правда, с грузинской фамилией (его зовут Гия Циклаури), вот у них родился ребенок, они довольно быстро расстались, ребенок этот был в довольно тяжелом и ужасном состоянии, я фактически цитирую сейчас то, что установил суд, и вот в ноябре 2005 года ребенок, которому в этот момент было 2,5 года, был вручен, просто потому что об этом позаботились знакомые его матери, вручен португальскому семейству, довольно благополучному – люди уже немолодые, у них росли взрослые дети, и они изъявили желание позаботиться об этом ребенке. Суд констатирует, что ребенок в этот момент демонстрировал симптомы недоедания и страдал от очевидной запущенности в отношении питания, гигиены и здоровья. Я цитирую судебное решение, список из этих самых 57 доказанных фактов, пункт «К», если кого-то это заинтересует. Следующий пункт гласит: «Впервые в жизни ребенок стал получать нормальное питание и регулярные медицинские услуги», ну и так далее, ситуация эта вся описывается. Потом у матери случились неприятности, она по каким-то не вполне выясненным причинам попала в полицию, полиция обнаружила, что она не легализована в Португалии, началась процедура ее депортации. Ну и кто-то ей посоветовал, по всей видимости адвокат, что есть возможность зацепиться за ребенка, поскольку ребенок живет в португальской семье, у ребенка есть португальские документы, эти самые люди, которые о ребенке заботились, ее натурализовали, выписали ей документ. Правда, в документе было написано, что она гражданка Украины, и фамилия ее там значилась по фамилии отца, но тем не менее, документы эти были. И вот кто-то надоумил эту самую Наталью Зарубину, что поскольку у вас есть здесь натурализованный, то есть легально существующий в Португалии ребенок, зацепитесь за него, и наоборот – вам дадут здесь документы, а не вас отсюда выгонят. Но суд распорядился иначе. Надо сказать, абсолютно поперек всех тех фактов, которые он собрал. И решение это выглядит с точки зрения логики довольно странно, абсолютно никаким образом не опирается на вот эти самые 57 фактов, которые были собраны судом. В частности, суд говорит, что мать не пыталась найти работу в Португалии, что она никогда не пыталась легализовать ни себя, ни ребенка, что она в состоянии алкогольного опьянения была обнаружена однажды на крыше автобуса, и потребовалось участие полиции и помощь пожарных служб, чтобы ее оттуда снять, а будучи снятой она вела себя агрессивно и была препровождена в психиатрическое отделение такого-то госпиталя, называется госпиталь, а оттуда в психиатрическое заведение, где была госпитализирована и откуда вышла на следующий день, невзирая на требование врачей продолжить лечение. Ну и так далее. Мать постоянно меняет место жительства, не может создать здоровую атмосферу для встреч с ребенком. Это служит поводом для постоянных конфликтов с приемной семьей ребенка. По настоянию психолога, работающего с ребенком, встречи производятся каждые 15 дней и проходят под присмотром. Это вот в то время, пока шел этот самый судебный процесс. До того, как встречи стали проходить под присмотром, констатировал суд, ребенок демонстрировал негативное отношение к матери, страх перед физической и вербальной агрессией. И после этого, тем не менее, состоялось решение вручить немедленно малолетнюю Александру Ц., в смысле Циклаури, биологической матери. Не будем сейчас обсуждать мотивы этого суда. Оно состоялось. Но совершенно очевидно, что за этим есть очень серьезная политическая подоплека, которая выявилась в деятельности российского консульства там. И вот об этом я хотел бы поговорить. Действительно, российское консульство Португалии в этой ситуации продемонстрировало поразительную совершенно хватку, прыть, абсолютно не свойственную обычно российским консульским работникам, которые по всему миру известны своим крайним равнодушием к людям, которые к ним обращаются, ну и, в общем, это такая, что называется, притча во языцех, российские консульства в разных странах. Каких только анекдотов о них не рассказывают. Здесь – моментально они сработали, моментально организовали, в два дня, оформление российского гражданства для этой девочки. Напомню, что российского гражданства у нее раньше не было. Гражданство у нее было украинское. И даже по португальским документам она значилась украинской гражданкой. Тем не менее, они это сделали. Штука заключается в том, что это еще один случай, когда чиновник любой ценой, абсолютно наступая на живых людей, наступая на их судьбы, обделывает свои чиновничьи делишки. Я напрямую связываю эту историю с предыдущей аналогичной – с историей, если помните, с российской гражданкой по фамилии Беленькая, которая проиграла аналогичную ситуацию во Франции. И тогда было понятно, что российское здешнее начальство как-то явно недовольно тем, что мы проиграли, что называется. Футбол выиграли, Евровидение выиграли, а девочку эту самую, Беленькую, проиграли. И это недовольство, в частности, докатилось и до тех, кто непосредственно занимался этим от имени России, до всяких консульских работников, дипломатов и так далее. И вот началась эта игра, начался этот спорт – «Спаси российского ребенка», выцарапай российского ребенка и верни его на родину. И португальское российское консульство активно начало в этой игре участвовать для того, чтобы продемонстрировать, что мы-то, на самом деле, круче, мы ж не то что эти, которые в Париже сидят, вот у нас правильные чиновники, вот мы правильно работаем, вот мы берем, ребенка находим и отправляем, спасаем. Между тем, давайте отдадим себе отчет, что это делается по живому мясу. Люди, которые сегодня защищают это самое решение говорят о том, что – вот, зачем кто-то хочет разрушить российскую семью? Пусть люди, которые разрушают российскую семью докажут, что в этой российской семье девочке будет хуже. Но это вообще странная постановка вопроса. Я бы хотел напомнить, что у этой девочки была семья, и эта семья была совсем другая. Семья – это не только физиологическая какая-то, генетическая вещь. Это вообще понятие социальное. Семья – это когда родители воспитывают детей. Семья – это когда сильные помогают слабым, когда зарабатывающие содержат тех, кто себя содержать не может. Семья – это когда одни любят других. Вот что такое семья. И эта семья у этой девочки Саши была. И она была португальская, ну что ж теперь делать. Она состояла из тех двух довольно уже немолодых португальских людей, которые научили ее говорить, которые помогли ей выйти из того состояния, в котором они ее получили от ее физиологической, биологической матери. И эта семья была разрушена. Люди, которые взялись за это дело, прежде всего люди из российского консульства, сама эта самая мать по имени Наталья Зарубина, они решили это сломать. Ну вот пусть они докажут, что то, что теперь получается, лучше, чем то, что было раньше. Решение, которое было принято, и об этом говорят все, кто его защищает, было принято в интересах ребенка. Ну докажите эти интересы, продемонстрируйте, что теперь, в новой ситуации будет лучше, чем там. Покажите это. И это ваше бремя – этого доказывания. А не тех, кто защищает ту ситуацию, нормальную, стабильную, сложившуюся ситуацию семейной жизни в атмосфере любви и согласия, которая у этой девочки была, пусть на чужбине, но в стране, которая стала для нее родной, на языке, который стал для нее родным. Им ничего не нужно доказывать, они уже доказали. Они уже доказали теми годами, которые они прожили вместе с этой девочкой. Я вот довольно глубоко влез в эту историю, разговаривал по телефону с людьми, которые в этом во всем участвуют и которые рядом. Там, в этом маленьком городишке, есть некая небольшая русская община. Вообще, в последнее время в Португалии скопилось довольно много выходцев из России и с Украины, там на протяжении нескольких лет был довольно благоприятный визовый режим, и люди, которые в свое время уехали во Францию, в Испанию, они вот постепенно стянулись в Португалию, потому что там было гораздо проще, если у тебя есть работа, получить какой-то нормальный статус и зажить какой-то нормальной жизнью. И вот все эти люди, которым наблюдают ситуацию вблизи, им всем можно позвонить, с ними со всеми можно поговорить, они абсолютно не заинтересованы во всей этой ситуации, они смотрят на нее как бы со стороны и в то же время участвуют в ней, переживают за ее участников. Все они в один голос говорят: была семья. И вот это вот, на самом деле, важно. И, тем не менее, находятся люди, которые вот из этих общетеоретических, общеидеологических соображений решают эту ситуацию сломать. И вот здесь я хотел бы пояснить, почему мне эта ситуация кажется важной. Россия – это такое сегодня, я бы сказал, государство, построенное на пропаганде. Пропаганда – это важнейший стержень, на котором все российское устройство сегодня держится. Грубо говоря, сегодняшняя Россия и ее власть вылезает из телевизора. Важно, как это будет выглядеть в телевизоре. А в телевизоре хорошо выглядит вот так. В телевизоре хорошо выглядит, как Россия, высоко неся знамя собственного достоинства, руками своих дипломатов и консульских работников возвращает ребенка в страну. Это приятно для имиджа. Это приятное, например, совершенно очевидно, не выдержит ни минуты сравнения между вот этой самой биологической матерью, как ее уже теперь принято называть, Натальей Зарубиной и теми людьми, которые заботились о ребенке. Просто поставьте их рядом, и все станет понятно. Покажите два этих дома. Покажите ребенка в том виде, в каком он попал к этим людям, и как он выглядит сейчас. Давайте сравним это воочию. Разумеется, предпринимаются все усилия для того, чтобы этого сравнения не произошло. Первое, что было сделано, это отказ в визе этим самым португальским родителям. Почему-то было решено сломать ту семью, которая была, для того, чтобы еще выше, на полмиллиметра, поднять знамя российского национального достоинства, вот таким образом. И я очень боюсь, что эта игра - «Добудь для России ребенка любой ценой», «Сыграй в российского ребенка» - станет популярной среди российских дипломатов и консульских работников по всему миру. Это станет частью их профессионального соцсоревнования, которое они будут вести. Сейчас по всему миру прокатится эта волна. Вот увидите. В одной стране нашли ребенка и вернули, в другой стране нашли ребенка и вернули, в третьей стране нашли ребенка и вернули. Будет это почти несомненно. Потому что так устроены чиновники. Чиновнику важно только одно – понравиться начальству. Больше, на самом деле, он ни о чем не заботится, больше ничто его не волнует. Потому что он чиновник, прежде всего. И это чиновничье затмевает и забивает в нем нормальные человеческие рефлексы. Вот почему мне важна эта история, вот почему она мне кажется очень тревожной. Она кажется мне трагичной, несомненно, потому что я посмотрел на этих людей вблизи и знаю довольно подробно все, что там сегодня происходит, и у меня есть судебные же в руках доказательства того, каковы действующие лица этой истории и как они себя в этой истории показали. На этом фоне мне кажется отвратительным это чиновничье рвение, которое поддержаны сегодня российским государством и, прежде всего, поддержано российской пропагандой во всех ее выражениях – телевизионной пропагандой, интернетовской пропагандой, где она работает чрезвычайно успешно и слаженно, как мы видим, пропагандой газетной. Давайте смотреть, как будет развиваться эта история дальше. К сожалению, она очень тяжелая, и надежды на ее благополучное разрешение, а это сохранение семьи, вот что я подчеркиваю – сохранение той семьи, которая была, - надежды на это решение, на самом деле, чрезвычайно мало. Я прервусь на этом месте на новости. Через четыре минуты мы с вами вернемся к обсуждению событий недели.

НОВОСТИ

С.ПАРХОМЕНКО: 21 час и 35 минут, это программа «Суть событий». Я – Сергей Пархоменко. Вторая половина этой программы. Как обычно, обсуждаем с вами события этой недели. Я вот в качестве события взял историю с девочкой, которая выросла в Португалии и была странным и вполне бесчеловечным образом депортирована в Россию, я бы сказал, по безответственности своей матери, которая попыталась за этого ребенка зацепиться там в Португалии, ей в какой-то момент кто-то сказал, что можно попробовать там остаться, если напомнить суду о том, что имеется легализованный там ребенок, а вместо этого вон что получилось. Она попробовала использовать ее как якорь, а якорь этот выдрала из португальской почвы. Ну, посмотрим, как будут развиваться эти события дальше. Хотя я очень боюсь, повторю, что они пойдут теперь воспроизводиться снова и снова в других ситуациях, и игра «Добудь для России ребенка» будет чрезвычайно активно распространяться по российским посольствам и консульским учреждениям по всему миру, и это будет ломать семьи, которые там сложились, и ломать судьбы, которые там уже развиваются. Люди, которые это делают, не считают себя обязанными доказывать, что решение, которое таким образом принимается, улучшит ситуацию с ребенком, поставит его в более человечные условия. Они, наоборот, перекладывают эту обязанность на своих оппонентов и предлагают им доказывать, что если эта депортация произойдет, ничем плохим для ребенка это не обернется. Ничего себе постановка вопроса – «ничем плохим не обернется»! может, мы хотим, чтобы обернулось чем-нибудь хорошим? 21 час и 37 минут. 363 36 59. Валентин Павлович по телефону 7 916 903 31 99, еще раз повторяю - 7 916 903 31 99, по всей видимости, это мобильный телефон, и я надеюсь, что из наших радиослушателей найдутся люди, которые перезвонят по этому мобильному телефону, я сам это несомненно сделаю по окончании передачи, так вот, этот саамы Валентин Павлович прислал мне уже несколько сообщений, излагающих ту точку зрения, что мне, жиду, не понять. Ну вот это все объяснение, которое Валентин Павлович по телефону 7 916 903 31 99 находит в этой ситуации. Он все сводит вот к этой стороне дела. Ничего, я думаю, мы объяснимся с Валентином Павловичем. И я был бы, например, рад объясниться с ним в суде. Дело в том, что это объявление телефона в эфире – это вещь, которую, в принципе, нельзя делать, я сецчас нарушаю правила, нарушаю порядок, и я хотел бы, чтобы этот человек, приславший мне уже несколько раз сообщение о том, что мне, жиду, не понять, попытался по этому поводу со мной посудиться, я хотел бы, чтобы он попробовал отстоять в суде эту позицию, что мне, жиду, не понять. Я хотел бы встретиться с ним с глазу на глаз или, скажем, в присутствии адвокатов, прокуроров и судей для того, чтобы обсудить с ним его точку зрения. Я буду рад, если это произойдет. Так что, Валентин Павлович, добро пожаловать, обращайтесь, приходите.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments